Я поднимался по лестнице. Что я скажу ему, когда увижу? Наверное, ничего. Просто назову свое имя. Какая разница, вспомнит он меня или нет? Какая, хрен, разница, если через секунду его уже не будет на этом свете? И все. Точка. Словно бы и не жил никогда... Правда, еще есть ад. Не знаю точно, что это, но место страшное. И Качалкин там окажется. Навсегда... А я? Ведь, и я тоже?..
Вот, и дверь. Его дверь. Я зачем-то положил в карман руку и взял пальцами рукоятку. Замешкался на секунду. Потом придавил пальцем звонок... Теперь все. Качалкин уже стал трупом. Хотя еще и не знает об этом.
- Кто? - услышал я бас. Неужели, это у Качалкина так изменился голос?
- Телеграмма, - ответил я. А что другое я мог сказать?
Дверь, пощёлкав замком, открылась. Передо мной, на пороге, стоял заросший мужик непонятного возраста с красной и опухшей от питья мордой. Я напряженно вгляделся... Он! Точно он. На мужике была давно нестиранная и очень грязная пижама. На голове лежала копна пыльных, слипшихся сосульками волос. Копна эта была больше похожа на шапку, чем на волосы. Качалкин был сильно, вдрызг, пьян.
- Кому телеграмма? Какая ещё телеграмма?
Качалкин вглядывался напряженно, словно пытался прочитать ответ у меня на лице, и, судя по тому, как неровно стояли, как судорожно дрожали его зрачки, я прыгал, раздваивался и мельтешил у него перед глазами.
Ничего не отвечая и отодвинув красного мужика в сторону, я прошёл внутрь.
Здесь мне сразу же захотелось зажать нос.
- Э-э-э-э!.. - Качалкин попробовал ухватить меня за рукав.
Потом пошатнулся неловко и грохнулся на пол. Где растянулся неподвижно, уронив голову. Качалкин задремал. Он еще пробурчал что-то, не открывая глаза, пошевелил губами. И затих.
Я обошел квартиру. Кругом была грязь, кругом валялся какой-то мусор. По всем углам стояли груды пустых, покрытых плотной серой пылью бутылок, лежали консервные банки с заплесневелыми остатками пищи. В ванне плавало белье. В туалете, рядом с унитазом, располагалась зловонная, мерзкая лужа. На кухне говорил телевизор, где показывали какой-то очередной ни то американский, ни то мексиканский сериал.